Почему при таком обилии научно-популярной литературы на наших дачах обычны неуспех, одичалость и трудоголизм? Потому что в нашей стране — единственной в мире, где нет профессии садовника — никто не изучал и не развивал частные сады, а вся садовая литература написана специалистами школы промышленного садоводства.

Во-первых, следует учесть, что довоенная сельхознаука решала прежде всего одну важнейшую задачу: создание максимума рабочих мест для трудовой загрузки населения. Эффективность и урожайность были, очевидно, не так важны. Отсюда — соцсоревнования и поощрение не качества, но вала. Отсюда — дикое расширение площадей. Отсюда же и слишком трудоемкие технологии, и мораль бездумного трудолюбия.

А во-вторых, дача и промышленный сад — совершенно разные вещи. Они похожи не больше, чем паровоз и велосипед. Большинство промышленных методов на дачах не работает: они или непрактичны, или слишком трудоемки. Сейчас ясно: у дачи есть своя, приусадебная технология. Еще... »

По моим наблюдениям, дачная ситуация в целом такова: конкретно на результат направлено 10% действий, еще 30% — против результата и 60% — на борьбу с этими тридцатью. Думаю, и в других делах мы столь же эффективны.

Дачники принадлежат, в основном, к двум противоположным лагерям. Первые ищут в даче прежде всего удовольствия и отдыха. Назовем их романтиками. Для вторых дача — возможность вырастить еду: какой там отдых — сорняки прут! Назовем их реалистами (или трудоголиками).

Романтиков сейчас — явное меньшинство. И отдыхалось бы им неплохо, но «трудоголизм» — заразное заболевание. Две его главных формы — сажальная и копальная болезни — легко передаются при контактах и через научно-популярную литературу по садоводству. И романтики повально заражаются. Женщины, навязчиво склонные к порядку, — чаще мужчин.

Возникает характерная ситуация: жена — реалист (трудрголик), а мужу ничего не остается, как стать воинствующим романтиком. Дача покрывается камнями преткновения, и яблоки раздора зреют мешками прямо на кустах картошки. Перед нами — так называемый женско-дачный синдром (ЖДС). Об этих «болезнях» мы еще упомянем. Еще... »

Я всегда испытываю большое удовольствие, встречаясь с успешными способами жизни. Нельзя, нельзя, и вдруг — есть! Невозможно, немыслимо, а тут — вот оно! Все привыкли, прониклись, всосали с молоком матери «терпение и труд...», и вдруг один взял да и не поверил, проверил, покумекал и бряк! — сделал на порядок лучше. И ведь проще некуда — как раньше не додумались?! Самое интересное, что потом. Потом друзья повосторгались, пресса пошумела, наука покритиканствовала, и успех тихо лег на дно. А за крупные успехи часто приходилось драться, и жестоко. Не приживается успех в нашем мире. Потому что не могут держатели власти и науки жить с людьми, не нуждающимися в их контроле и опеке. Потому что если распространять успех, держатели экономики и политики не смогут ничего нам продать — их доходы держатся на нашей неспособности и беспомощности. Но успех суть сама жизнь. Достижения, как семена, оседают, но затем прорастают. Прогресс все же происходит, и только потому, что кто-то когда-то показал: вот так и лучше, и проще.

В 70-х годах Брэгг, Шелтон, Николаев, Андреев, Малахов, Семенова и их последователи убедительно показали, что «научно обоснованное» питание почти вчетверо превышает потребность организма и вредит ему. По сути, это навязчивое состояние.

Г. С. Шаталова, показавшая несостоятельность калорийной' теории питания, достигла биологической нормы здорового организма: ее телу достаточно 2—3 дыхательных движения и 12 ударов сердца в минуту, а во время бега — 60—70 ударов, и это — при постоянной активности и огромном жизнелюбии.

Еще... »